Ростов-на-Дону: отхожее место поэтов

Легендарное поэтическое место в Ростове-на-Дону в переулке Газетном, так называемое "кафе поэтов", где, якобы, в 20-ые годы прошлого столетия  выступали и Хлебников, и Есенин, и Маяковский ( фото приводится в качестве заглавного) недавно подвергнуто "осквернению"- сомнению журналистом Верой Волошиновой. Приведу полностью версию Волошиновой, так как она содержит много небезынтересной "информации к размышлению."

Место “тусовки” ростовских поэтов в 1920-м? На углу Садовой и Таганрогского

Здание фирмы "Проводник" в Ростове-на-Дону

«Кафе поэтов», «Подвал поэтов» — подобных названий в Ростове никто  ни в какое время не слыхал. Однако были места, где поэты, говоря языком  нынешних молодых, тусовались, но это был вовсе не подвал в доме на углу  Казанского (нынче Газетного) переулка и Большой Садовой. Кто «поместил»  туда ростовских пиитов, неизвестно. Из всех мемуаристов лишь одна точно  указывает «учреждение общепита», где поэты читали стихи на публику.  Документов же 1920-го с точным адресом этого места обнаружить  не удалось.

Время писать и читать стихи

Это было удивительное время — 1920 год. Гражданская война только что  покинула Ростов, хотя, если вспомнить, Добровольческая армия потом опять  брала Ростов, о чем, конечно же, не любят вспоминать поклонники  Буденного. И тем не менее мирная жизнь уже воцарилась в городе. Можно  вспоминать то огромное количество жертв, которых стране принесли эти  годы, но нельзя не вспомнить и другую сторону всколыхнувшей страну  революции: необыкновенно возросла активность людей, в том числе  и в сфере творчества. Стихи писали тогда многие, ранее и не знавшие, что  это такое (замечательно изобразил эту тягу к творчеству Борис Лавренев  в рассказе «Сорок первый»), а уж послушать их желало еще большее  количество народа. Поэтому и возникла у поэтов традиция читать стихи  перед публикой, охватившая в 1920-е многие города страны, — стадионы  1960-х и Политехнический музей в Москве лишь успешно ее возродили.

Концентрировала пишущих и читающих стихи в Ростове 1920 года местная организация Всероссийского союза поэтов (СОПО).

СОПО и его лавка

Нина Грацианская (Александрова)

Никто из мемуаристов не оспаривает его существование, как и имя его  организатора — поэта Рюрика Рока (он же Рюрик Юрьевич Геринг). О нем  вспоминает Илья Березарк, журналист, работавший в «Молоте», позже  ставший писателем; о нем говорит в своих воспоминаниях Нина Александрова  (писавшая под псевдонимом Нина Грацианская и заслужившая прозвище  «соповской царицы»); сборник Рока, вышедший в Москве, разносит в пух  и прах в «Советском Юге» 12 декабря 1920 года поэт Сергей Городецкий.  А вот дальнейшие повествования о самом союзе и, главное, о месте его  пребывания в Ростове расходятся кардинально.

Все мемуаристы сходятся лишь в том, что ловкий Рюрик перед приездом  в Ростов заручился поддержкой тогдашнего наркома просвещения  Луначарского. Согласно уставу Союза поэтов ему полагалось иметь магазин  и место, где поэты могли бы выступать, — как называет ее Нина  Александрова, «столовую-эстраду». С помощью Донобраза (орган,  занимающийся образованием на Дону, а также литературой и искусством)  Рюрику предоставили книжную лавку по тогдашнему адресу: улица Большая  Садовая, 108 ( сегодня это дом под номером 90. Старожилы Ростова-на-Дону  помнят, что многие десятилетия здесь потом находился книжный магазин,  а сегодня помещение поделено между торговлей часами и обувь. Именно эта  книжная лавка стала «Лавкой поэтов», первым местом сбора и самих поэтов,  и приезжающих в город литературных гостей: сюда пришел возвращавшийся  с юга Мандельштам с женой, сюда наведались и Есенин с Мариенгофом.

СОПО и его столовая-эстрада

Ну очень хочется некоторым ростовчанам, чтобы поэты собирались  по тогдашнему адресу: переулок Казанский, 40 (нынче Газетный, 46),  и непременно в том самом подвале, где после Великой Отечественной  устроили самый большой в городе общественный туалет.

И все ссылаются на Илью Березарка, который тем не менее, вспоминая  о встречах поэтов и публики в кафе, никогда не упоминал его адрес. Более  того, в его воспоминаниях название места все время менялось. Самого ли  автора подводила память или так «успешно» редактировали текст  доброхоты-редакторы, но упомянутый в воспоминаниях 1965 года «популярный  в городе ресторан-подвал» (а если посмотреть справочники и 193-го,  и 1920-х, то у многих ресторанов такая приписка имеется) в следующих  изданиях воспоминаний превращается в ресторан «Подвал», а потом и вовсе  в «Подвал поэтов». Поэтому будем считать, что первая запись все же самая  верная, то есть мы имеем дело с «предприятием общепита», расположенном  в подвале. Кстати, если верить справочнику 1913 года «Весь Ростов  и Нахичевань», то по адресу: Казанский, 40, располагалось кафе «Лакта»  (бывш. Трапезонцева) с предложением молока, кофе, чая и молочных  продуктов. О том, что кафе находилось в подвале, справочник не сообщает.

А вот с какой формулировкой о месте, где располагалась  столовая-эстрада (да еще с точным адресом!) пишет Нина Александрова:  «…полуподвал на углу Садовой улицы и Таганрогского проспекта под самым  высоким зданием в Ростове, принадлежащим галошной фирме «Проводник».  А это нынешний ЦУМ.

Кстати, сегодня любой может посетить этот подвал, зайдя в него  из перехода и, возможно, слегка ослепнув от блеска драгоценностей,  продающихся в расположенном там ювелирном центре.

Как известно, в кафе, где собирались поэты, Театральная мастерская  играла постановку поэмы Хлебникова «Ошибку Смерти» — единственный раз  и в присутствии автора. Но никто из участников спектакля не описывает  помещение, где проходило представление, никто не говорит, что кто-то  из известных художников занимался оформлением этой постановки. Разве что  следующее: само выступление «председателя Земного шара» немного ранее  состоялось на фоне его портрета, нарисованного местными художниками. Так  что заверения Романа Елкина, нынешнего обустроителя помещения бывшего  туалета, о том, что на стенах подвала на Газетном обнаружены изображения  скелета (?!), вряд ли смогут стать подтверждением присутствия «Ошибки  Смерти» в этом месте. Конечно же, найдутся «эксперты», которые заверят  происхождение этих рисунков 1920-ми годами, но, как точно заметил в свое  время режиссер Григорий Козинцев, «самые авторитетные эксперты быстро  продают свою душу киношникам». Читай — заказчикам.

«Не рыдай»

Но иные мемуаристы помещают место встреч поэтов в другое место.  В книге Нины Гордеевой «Литературный Ростов 1920-х годов» (за давностью  лет простим автору идеологический уклон ее слов) есть такие строчки:  «Нэпмановский Ростов был прекрасной почвой для произрастания в СОПО  буржуазной идеологии. Из эстетского центра Союза поэтов, кафе  „Не рыдай“, расположенного в полуподвальном помещении здания, которое  было на месте нынешней редакции областной газеты „Молот“, растекались  по городу отпечатанные на стеклографе и в рукописях заумные произведения  „ничевоков“, местных футуристов и других представителей  формалистических литературных направлений».

Про кафе «Не рыдай» вспоминала и Мария Семеновна Жак, знаменитая  «Жакиня» (жена поэта Вениамина Жака), чей авторитет среди писателей  и библиотекарей города был чрезвычайно высок. Именно это название  произнесла она в ответ на вопрос автора этих строк о месте нахождения  «кафе поэтов». Дом-то снесли, а новое здание выстроили на том же  фундаменте, и любой, побывавший в сохранившемся подвале (там  располагалась столовая редакции и издательства), расскажет о его  огромной площади и высоких потолках.

Так почему же всплывает и это название?

Закрыть «клуб имможинистов»

Дело, судя по всему, оказалось в том, что горячая юность  «предательства» не прощает. Рюрик Рок, приехав в Ростов имажинистом,  осенью 1920-го объявил, что переходит в стан «ничевоков» (а в СОПО  количество фракций было — не счесть!). Такого ему, председателю  ростовского Союза поэтов, его члены простить не смогли. Как пишет Нина  Александрова, Року было предложено дать оценку и своему поступку,  и самим «ничевокам». Но Рюрик медлил, и тогдашний шеф СОПО Фомин передал  на рассмотрение Донисполкома предложение закрыть столовую-эстраду.

Автор этих строк не поленилась и нашла в особо ценных документах  Государственного архива Ростовской области протокол заседания  Донисполкома № 130 от 13 октября 1920 года, где среди прочих решений под  номером 15 Донобразу предложено «закрыть клуб имможинистов». Не стоит  удивляться такому написанию этого слова, поскольку в протоколах того  времени встречаются и другие свидетельства невеликой грамотности членов  Донисполкома (к примеру, не один раз повторяется слово «мошенистка»).  Дальнейшие попытки возродить столовую-эстраду (кстати, при поддержке  Донобраза) ни к чему не привели…

Как пишет Нина Александрова, далее работа СОПО сосредоточилась  в книжной лавке, а выступали перед публикой поэты на разных площадках  города, среди которых, судя по всему, и оказалось кафе «Не рыдай».  Рюрик же Рок с женой Сусанной Мар (Сусанной Чалхушьян, в будущем —  известным поэтом и переводчиком) в конце года уехал в Москву.

В дальнейшем место СОПО, попикировавшись с его членами, заняла  Российская ассоциация пролетарских поэтов во главе с Владимиром  Киршоном.

Почтенные сотрудники университета в 1970-х вспоминали, что в подвале  отданного этому вузу здания нынешнего ЦУМа в 1930-х (тогда они были  студентами) находилась столовая, в самом же здании — библиотека РГУ.

Источник: http://werawolw.ru/

Сопровожу расследование Веры Волошиновой некоторым количеством картинок и слов от себя. Посмотрим на  нынешнее состояние тех мест, в которых по мнению Волошиновой "зарыта" поэтическая слава Ростова. Так нынче выглядит ЦУМ , а когда-то самое высокое здание Ростова галошной фирмы "Проводник". 

Вход в его подвал из подземного перехода показан выше Волошиновой. А это - тот самый дом на Садовой, где предоставили книжную лавку Року-Герингу.

Здание славно еще тем, что в нем в годы Советской власти располагалась лавка политической литературы под названием "Пропагандист". А еще существует легенда, что именно здесь в годы немецкой оккупации выставлял свои работы скульптор и художник Сергей Корольков. Место возле литературного строения, где сейчас находится вывеска  "Дом обуви" тоже памятно, но по печальному поводу. Стоявшее на его месте  по соседству здание  пытались то ли снести, то ли "отреставрировать". От него оставался лишь фасад, который рухнул на головы прохожим. Были жертвы...

А это место, где было кафе "Не рыдай", и где построили здание редакции газеты "Молот".  Это проспект Буденновский неподалеку от пересечения с поэтической улицей Пушкинской.

Сейчас в нем — редакция газеты "Наше время", а "Молота" уж нет. Обращает на себя внимание, что там, где раньше на фасаде была соответствующая надпись,  еле проглядывают остатки букв, в которых уже и не угадать слово "Молот".

В общем, если подвал на Газетном, 46 и нельзя именовать  "кафе поэтов", то последующая история этого места вполне оправдывает его название как "туалет поэтов и художников".


Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.