Category:

With The Beatles in Rostov ( C Битласами в Ростове)

Легендарную британскую группу Битлз и наш родной город Ростов-на-Дону связывает многое. Даже больше, чем можно себе представить. Это, например, рок-группа  Father McKenzie, которая исполняет битловские каверы.

 Есть еще в Ростове на проспекте Соколова заведение Abbey Road Pub, где можно поесть и попить, погрузившись в атмосферу (музыку, видео и реликвии) Битлз. 

IMG_5576_1024x683

А ныне в Ростовском музее изобразительных искусств ( проспект Чехова, 60) проходит выставка Битлз. 

Точнее, здесь показывают произведения проживающего в Ростове украинского художника Виталия Щербака, вдохновленного Битлз. 

Художник нарисовал и издал комикс по мотивам фильма «На помощь»             ( Help), который здесь и выставлен.

Также вывешены полотна, на которых изображены обложки 13 альбомов группы так,  как их представляет Щербак в стиле Yellow Submarine.  

Для сравнения рядом помещены изображения оригинальных обложек этих альбомов с краткой аннотацией.

Вот, например, «Белый альбом». 

Нечто снежно-облачное. Совсем не по Малевичу. 

В экспозиции присутствует и оригинальный альбом «Желтой подводной лодки» с пластинкой.

А это «Лодка» Щербака.

Седовласая смотрительница музейной музы посетовала, что несмотря на вполне состоявшуюся процедуру открытия выставки, посещают ее немногие. Некоторые представители молодежи даже и не знают вовсе, кто такие Битлз... 

Да уж, чтобы из памяти населения, было стерто имя группы, отодвинувшей своей музыкой начало Третьей мировой войны, сделано немало. 

А еще в Ростове жива память о несостоявшемся памятнике Битлз. 

[Было как-то так.]https://ankol1.livejournal.com/158514.html
 

Помнится,  тогда победило большинство реакционной толпы злобных  голубяк,  и памятник так и не был установлен. Основной повод к бездействию:  город Ростов-на-Дону и ливерпульскую четверку, якобы, ничего не связывает. А между тем, связь есть не только косвенная, но и, можно сказать — архипрямейшая,  при чем даже — семейная. Правда, не с самим Ростовом, а с Ростовской областью, точнее — с городом Таганрогом.  Процитируем выбранное место из переписки нашего знаменитого доктора Чехова с двоюродным братом Михаилом. Писано 29 июля 1877 г. в Таганроге:  «Скажи Коле, что у Гаврилова в магазине были две жидовки, Роза Михайловна  и Вера Михайловна Эпштейн, и кланялись ему. Выдумай какое-нибудь  рандеву на каком-нибудь бульваре.» 

I

Образы сестер Розы и Веры не бесследно исчезли  в литературном творчестве  А.П. Чехова. Они незримо присутствуют, например, в «Трех сестрах» и «Ионыче». Но к чему мы заговорили о них ? А вот к чему. 

Первая жена Пола Маккартни Линда Истман родилась 24 сентября 1941 года в Скарсдейле, штат Нью-Йорк,  в состоятельной семье юриста Ли Истмана (настоящее имя Леопольд Вайль  Эпштейн),  выходца, как пишут в некоторых «авторитетных» источниках, «из России, сменившего фамилию после приезда в США.» Однако же на самом деле Леопольд Вайль ( Ли) Эпштейн не был выходцем из России. Как свидетельствуют документы, он родился 12 января 1910 года в Нью Йорке,  после прибытия в США в 1906 году из России его отца Луи ( родился в 1877 году) и матери Стеллы Эпштейн. Отец же Луи Эпштейна— дед Леопольда Макс был российским подданным, приходившимся братом Вере и Розе Эпштейн. В честь одной из теток Луи даже назвал свою дочь — младшую сестру Леопольда — Розой, которую родил в 1918 году . Во как дело-то было! О роли, которую играл Ли Истман (  Леопольд Вайль  Эпштейн) в судьбе не только П. Маккартни, но и других участников Битлз можно прочитать в книге  Ю. Буркина «Подлинная история Битлз». Например, Ли Истман намеревался стать менеджером Битлз, чему воспротивился Джон Леннон, написав    руководителю «E.M.I.» Джозефу Локвуду бумагу следующего содержания:

«Меня не интересует мнение других, но с этого момента все мои дела ведет Аллен Клейн».

Пол  узнал об этом первым и, встревоженный, попросил Линду сообщить отцу о  том, что, если он хочет представлять дела «Битлз», ему нужно немедленно  появиться в Лондоне. Но Ли Истман был слишком занят и прислал вместо  себя брата Линды, своего двадцативосьмилетнего сына, адвоката Джона  Истмана.

Изысканными  манерами представителя университетской элиты Джон Истман покорил Пола.  Но когда Пол устроил ему встречу с «Битлз», тот ровно настолько же не  понравился Джону Леннону. В конце концов, он был их сверстником, но вел  себя так, словно стоял на две головы выше. Он напомнил Джону светских  львов из британского посольства в Вашингтоне.

– Я  познакомился с вашей документацией, – небрежно бросил Истман-младший на  стол кипу бумаг. – Вынужден доложить, что ваш прежний менеджер, мистер  э-э-э... – он наморщил лоб, – мистер Эпштейн был в своем деле сущим  профаном.

– Если бы не он, – заметил Джордж, – «Битлз» никогда не вылезли бы из Ливерпуля.

– Возможно, –  согласился тот. – Но, по-видимому, в этом он проявил свой единственный  талант. Выведя вас на большую сцену, ему следовало передать дела более  компетентному специалисту.

– Не вам ли? – усмехнулся Джон.

– Это вопрос или язвительная риторика?

– Второе, – сказал Джон.

– Раз  так, я снимаю с себя обязанность реагировать на ваши колкости. Так вот.  Дела находятся в таком состоянии, что их детальный анализ займет не  менее двух месяцев. Это в самом лучшем случае.

– И что мы получим в итоге?

– Трудно  сказать. Одно из двух. Или – недополученные дивиденды, что более  вероятно, или неоплаченные долги, что менее вероятно. Единственное, что я  могу обещать вам уверенно, это то, что сумею навести в ваших делах  идеальный порядок. – Нам  это не подходит, – поднялся Джон. – Нам нужен не беспристрастный судья,  а по-настоящему НАШ человек. И уж конечно, – он искоса глянул на  Пола, – не чей-то родственничек.

– При чем здесь это? – вскипел Пол. – Мы знакомы пятнадцать лет, неужели ты думаешь, что я стараюсь только ради себя?

– Макка, –  усмехнулся Джон. – Разве я умею думать? Ты мне льстишь. Я умею  чувствовать. И чувство подсказывает мне, что ты пытаешься заставить нас  плясать под свою дуду. И уж, во-всяком случае, я не собираюсь обсуждать  наши дела с этим надутым чистоплюем, – кивнул он в сторону Истмана  младшего. – Это смешно. Будем считать, что этого разговора не было.

Обескураженный  Пол настоял на том, чтобы в Лондон немедленно вылетел сам Ли Истман.  Отец Линды целый вечер расспрашивал Пола о положении дел в «Эппл» и  теперь чувствовал себя вполне уверенно. Но во всеоружии оказался и Аллен  Клейн. Стоило Истману показаться на пороге студии, как Клейн  громогласно встретил его:

– Добро пожаловать, мистер Эпштейн!

Джордж и Ринго изумленно переглянулись.

– Вы  еще не знаете? – обернулся к ним Клейн. – Настоящая-то фамилия мистера  Истмана – Эпштейн. Однако он посчитал ее неблагозвучной...

Джон презрительно усмехнулся, а Джордж и Ринго напряженно уставились на гостя.

– Мистер Эпштейн, – продолжал Клейн, – скажите, вы не забыли, меняя фамилию, пришить себе обратно крайнюю плоть?

Тот, не имея привычки базарных баталий, не нашелся, что сказать, кроме высокомерного:

– Это не касается существа вопроса...

– А чем вам не понравилась фамилия Эпштейн? – простодушно вмешался Ринго.

– Понимаете,  молодой человек, – начал объяснять Истман, обрадованный возможности  уйти от грубых нападок. – В Америке на настоящий успех могут  рассчитывать только стопроцентные американцы...

– А когда «Битлз» поедут с гастролями в Китай, вы назовете себя Эй-Хой-Пштей? – не унимался Клейн.

– Простите, –  обернулся к нему Истман. – Я не намерен вести беседу с вами, хотя бы в  виду того, что нас никто официально не представлял друг другу.

– Упаси Бог! – вскричал Клейн. – У вас слишком много фамилий для меня. Всех не упомню!

И тут Истман не выдержал. Сбросив привычную официозную личину, он сказал, обращаясь к Полу:

– Если отсюда не выведут этого хама, я далее разговаривать не буду!

– Ну и не надо! – обрадовался Клейн.

– Надо! –  рявкнул Истман. – Я давно наблюдаю за вашими «успехами» как в Америке,  так и в Англии! Грязные махинации! У вас напрочь отсутствует чувство  профессиональной этики!

– Кто бы говорил! – взвизгнул Клейн. – А не вы ли обобрали нищую старушку из Лос-Анджелеса?

– Какую старушку? – поразился Истман.

– Слепую! Не отпирайтесь! Об этом писали все газеты!

– Грязный лжец!

– Тупорылая еврейская свинья!

– Острорылая еврейская свинья! – нашелся Истман.

– Бесполезное третье яйцо осла!

– Полезное третье яйцо осла!

– Ну все... – тихо сказал Клейн. – Это уже слишком...

Тут неожиданно их профессиональные трения прервал Ринго:

– Парни! На хрена нам такие менеджеры? Гнать их обоих в шею!

Наступила тягостная тишина. Ее прервал Ли Истман:

– Еще  никто и никогда не «гнал меня в шею», – сказал он с достоинством. –  Всего доброго, господа. – И, развернувшись, направился к двери.

Пол бросился за ним. Как-никак это был отец Линды.

Когда они вышли, Аллейн Клейн как ни в чем не бывало закинул ногу за ногу и закурил сигару.

– Ну вот и славно! – заявил он. – Вывели голубчика на чистую воду!

Может, теперь хоть в Таганрокге поставят памятник The Beatles? 


Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.