ankol1

Categories:

Кавказские записки. Глава 2. Чеченский мир

 «Ущелий горных поселенцы
В долине шумно собрались...»

А.С. Пушкин «Тазит»

При движении через перевал Харами ( высота 2177 м) весьма сложно понять, где тут Чеченские горы,а где — Дагестанские. В стародавние времена между чеченцами и андийцами постоянно шла вражда по поводу: чей в горах перевал. В конце концов Саммит Старейшин постановил считать его нейтральным и запретить здесь войну, откуда и произошло название: «харам» — запрет. Вначале по перевалу ползли вверх.

 Полуосвещенные горы казались каким-то плюшевыми.

Потом грянул дождь.

Чем выше в горы тем они чернее, и — больше снега!

А потом начался затяжной спуск к озеру Кезеной Ам ( Эйзеной). Озеро — тоже «неоднозначное»,  одна половина его в Дагестане, а другая — в Чечне. Мы — на чеченской половине. 

В Европе и на Кавказе это озеро — самое большое и самое высокогорное: оно находится на высоте 1800м. О происхождении озера и его названия у  вайнахов существует интересная легенда,содержание которой изложено в книге А.В. Твердого "Топонимический словарь Кавказа": горцы всегда и всюду были  гостеприимными и добрыми, у них строилась комната, кунацкая – для  гостей, специально для гостей берегли пищу, хозяйка дома, владычица огня  и очага, после того, как заправит котел для ужина, бросала несколько  кусочков мяса лишнего, со словами: «для нежданного и долгожданного  гостя», и если вдруг, даже после полуночи, появится странник, путник,  следующий в дальний путь, он не мог оставаться голодным. Его «доля» пищи  всегда ждала его. А если этот гость остановился на сутки, или больше,  то для него приносилась специальная жертв – резался баран. И вот бог  решил проверить, поиспытывать все ли горцы гостеприимны, не слаб ли  святой закон гор,  закон гостеприимства и для этой цели послал своего  ангела. Спустился ангел в образе странника и нищего и стал ходить по  всем аулам гор. И  везде его принимали с радушием. Но случилось неожиданное. Пришел он  глубокой ночью в один аул и стал стучаться к каждому хозяину и проситься  в дом. И везде ему отвечали: «Проходи дальше. Нет у нас для гостя ни  постели, ни пищи». Жители этого аула были скупы и негостеприимны. Так и  прошел весь аул от дома к дому,  от одного хозяина к другому и везде  встречал отказ. Дошел он до самой окраины аула и постучался в дверь  бедной сакли. А в этой бедной сакле жила одинокая женщина с малыми  ребятишками. Она открыла дверь и на просьбу странника ответила: «Входи,  нежданный и долгожданный гость». Собрала она все свои запасы продуктов,  накормила и напоила гостя и предложила постель. Но неожиданного гость  сказал: «Я не странник и не нищий. Я ангел. Хожу по горным аулам и  проверяю щедрость гор и горцев. Везде меня встречали с радушием, но  здесь меня никто не принял, кроме тебя. Этот аул будет проклят богом. Он  будет потоплен в море дождя. Небо начнет «рыдать» ливневыми дождями  после моей молитвы затопит весь этот аул. А ты собери свои пожитки и малых ребятишек и иди вслед за мной. Тебе только и  твоим ребятишкам бог  дарует жизнь. И повел он одинокую женщину и ее  малых  детей на вершину горы. И как только он вывел женщину и детей на  безопасное место, он,  этот ангел, стал молиться, чтобы бог ниспослал  ливневые дожди, которые затопят весь этот грешный аул со всеми его  жителями. И небо стало «рыдать» до тех пор, пока аул этот не опустился,  образовав большую котловину и затопил его слезами неба». Стигла дог1анца  къевзина х1оьттина 1ам – называют его горцы. А там, где остановилась  одинокая женщина с малыми детьми, появился новый аул под таким же  названием, что и озеро – Къоьзуна. И озеро стали называть Къоьзунан-1ам  (Кезеной-Ам), а аул стали называть - Къоьзуна. 

Кругом вода — с неба дождь, сбоку — озеро, у подножия горы — родник. Его  живительной водой нужно пополнить экспедиционные запасы. 

Вид на дагестанскую сторону.

Каменистая зона чеченской релаксации.

А над озером троллеятся или зиплайничают.

Возле озера — туристический комплекс с отелем. Бутафорские сторожевые башни при входе украшены портретами Рамзана Ахматовича и Ахмата Абдулхамидовича, без которых — никак! Отличить любой чеченский населенный пункт от селений в других российских северокавказских республиках можно сразу и исключительно по обязательному наличию изображений этих лиц, а также многочисленных  культовых надписей типа «Спасибо Рамзану Ахматовичу за наше счастливое детство!» Видимо, у чеченцев есть на то свои причины. 

Мимо гор, равнин, городов и аулов Чеченской республики несемся в сторону соседней республики — Ингушской, которая была в СССР с 1934 по 1944 и с 1956 по 1992 год  совместным с Чечней административно-территориальным образованием. В горах Чечни нам изредка попадались старые небутафорские башни. Говорят, что до войн их было значительно больше.

В центре городов можно увидеть высокие, как горы, новые дома и мечети. 

Качество дорожного покрытия в Чечне показалось получше, чем в Дагестане. Но «фирменного» топлива здесь не сыскать. В лучшем случае на заправках будут надписи над ценниками с повышенным значением типа : «Настоящее топливо от Лукойла». На заправках Чечни, как и в лавках,  для оплаты  требуют только кэш. Следов почитания Имама Шамиля в Чечне совсем не видно. Но кроме Кадыровых и Путина, здесь чтут еще одного героя — легендарного абрека Зелимхана из аула Харачой. 

В Гудермесе мне понравился оружейный магазин «Зелимхан». 

Я думал, что он назван так в честь этого абрека, но, как выяснилось позже, официальная версия гласит, что названием своим магазин обязан имени любимого брата уважаемого Рамзана Ахматовича Кадырова. 

Вперед — в Ингушетию!

PS Уважаемый глава  Чеченской Республики Рамзан Ахматович Кадыров почитает А.С. Пушкина. Он говорит: "Пушкин правдиво писал о Кавказе, и именно благодаря ему Россия узнала об этом великолепном крае". "Стихи великого поэта я впервые услышал и выучил еще в дошкольном  возрасте, когда их разучивали наизусть мои старшие сестры и брат". 



Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.